Иван Грозный Государь и Великий князь всея Руси 1533 — 1575
Миссия Информарус
Главная > Дети Ивана IV Грозного > Царевич Дмитрий Углицкий — сын Ивана Грозного

«Царевич Дмитрий». М. В. Нестеров, 1899 год

Царевич Дмитрий Иванович (Дмитрий Иоаннович) — был самым младшим сыном Ивана IV Грозного от его последней, незаконной жены Марии Нагой.

Родился 19 [29] октября 1582 в Москве и будучи незаконнорождённым, не мог претендовать на какие-либо царские привелегии.

Прожив всего восемь лет, Дмитрий погиб при до конца не выясненных обстоятельствах 15 [25] мая 1591 в Угличе (за что и получил прозвище), а его смерть стала основой политического кризиса Смутного времени, навсегда изменившего страну.

Детство и ранние годы

После смерти отца в 1584 году и восшествия на престол Фёдора Ивановича (причём ещё до церемонии венчания на царство 24 мая) мальчик с матерью регентским советом был удалён в Углич, получив его в княжение.

Джером Горсей пишет:

«царицу сопровождала разная свита, её отпустили с платьем, драгоценностями, пропитанием, лошадьми и проч. — всё это на широкую ногу, как подобает государыне».

В Угличе он считался правящим князем и имел свой двор (последний русский удельный князь), официально — получив его в удел, но по всей видимости, реальной причиной тому было опасение властей, что Дмитрий вольно или невольно может стать центром, вокруг которого сплотятся все недовольные правлением царя Фёдора.

Фёдор I Иоаннович
Фёдор I Иоаннович

Эта версия подтверждается тем, что никаких реальных прав на «удел» кроме получения части доходов уезда ни сам царевич, ни его родня не получили. Реальная власть сосредоточивалась в руках присланных из Москвы «служилых людей».

После старшего брата — царя Фёдора Иоанновича (у которого родилась только одна дочь Феодосия Фёдоровна), Дмитрий оставался единственным мужским представителем московской линии дома Рюриковичей. Иностранец-путешественник Джильс Флетчер указывает на задатки его характера, напоминавшие покойного «грозного» царя:

Младший брат царя, дитя лет шести или семи (как сказано было прежде), содержится в отдалённом месте от Москвы, под надзором матери и родственников из дома Нагих, но (как слышно) жизнь его находится в опасности от покушений тех, которые простирают свои виды на обладание престолом в случае бездетной смерти царя. Кормилица, отведавшая прежде него какого-то кушанья (как я слышал), умерла скоропостижно. Русские подтверждают, что он точно сын царя Ивана Васильевича, тем, что в молодых летах в нём начинают обнаруживаться все качества отца. Он (говорят) находит удовольствие в том, чтобы смотреть, как убивают овец и вообще домашний скот, видеть перерезанное горло, когда течёт из него кровь (тогда как дети обыкновенно боятся этого), и бить палкой гусей и кур до тех пор, пока они не издохнут.

Зимой мальчик лепил снежные фигуры и называл их именами ближних бояр. Окончив работу, он принимался лихо рубить им головы, приговаривая:

«Это Мстиславский, это Годунов».

Интриги вокруг бастарда

Еще до 1589 г. власти разослали но всем церквам приказ, воспрещавший упоминать на богослужениях имя Дмитрия па том основании, что он зачат в шестом браке, а следовательно является незаконнорожденным.

Такой приказ, утверждал английский посол, отдал священникам сам царь вследствие происков Бориса Годунова. Церковные правила строго воспрещали православным вступать в брак более трех раз. При жизни Грозного никто не смел усомниться в законности его последнего брака.

Борис Годунов. Конец XVII в.
Борис Годунов. Конец XVII в.

После его кончины все изменилось. Родне Дмитрия оставалось надеяться на царское завещание. Отцовское благословение само по себе утверждало взгляд на царевича как на законного наследника престола. Уничтожение завещания лишило претензии угличского князя юридической базы.

Неизвестно, в самом ли деле Нагие устраивали заговоры с Шуйскими, как то утверждал Годунов. Во всяком случае и те и другие подверглись преследованиям почти одновременно.

Не позднее 1588 г. власти арестовали и заточили в монастырь Петра Нагого, сына любимца Грозного Афанасия Нагого. Считалось, что самого Афанасия Нагого убили сразу после смерти Ивана IV. На самом деле в «дворовом» списке царя Федора можно обнаружить сведения о том, что в 1588 г. его держали под арестом в Ярославле. Приставом у него был дворянин Жеребцов, доверенное лицо Бориса.

Царица Мария Нагая литография по эскизу В. Бабушкина, середина XIX века

Помимо этого, в Углич был послан дьяк Михаил Битяговский, которому был поручен надзор над Нагими.

Несомненно, такой контроль не мог им нравиться, что выливалось в постоянные ссоры с Битяговским. Неприязнь Нагих к московскому правительству могла объясняться и другими причинами: Мария Нагая не была удовлетворена отдалением от столицы (по сути, это была ссылка в захолустье), а её братья, как можно полагать, были недовольны тем, что, несмотря на свойство с покойным царём, не имели никакого влияния на политическую жизнь страны.

Смерть царевича и беспорядки

Ситуация, сопутствовавшая угличским событиям, но­сила критический для правительства характер. Над страной нависла непосредственная угроза вторжения шведских войск и татар. Власти готовились к борьбе не только с внешними, но и с внутренними врагами. За одну-две не­дели до смерти Дмитрия они разместили на улицах сто­лицы усиленные военные наряды и осуществили другие полицейские меры на случай народных волнений. Доста­точно было малейшего толчка, чтобы народ поднялся на восстание, которое для Годунова могло кончиться ката­строфой.

По официальной версии, 15 (25) мая 1591 года царевич играл «в тычку», причём компанию ему составляли дети Петруша Колобов и Важен Тучков — сыновья постельницы и кормилицы, состоявших при особе царицы, а также Иван Красенский и Гриша Козловский. Царевича опекали мамка Василиса Волохова, кормилица Арина Тучкова и постельница Марья Колобова.

Правила игры, не изменившиеся до нынешнего времени, состоят в том, что на земле проводится черта, через которую бросают нож, стараясь, чтобы он воткнулся в землю как можно дальше. Побеждает тот, кто сделал самый дальний бросок.

Спустя какое-то время Дмитрий Иоаннович был найден мёртвым: его горло было перерезано. Свидетелей не оказалось. Кормилица Арина Тучкова тоже ничего не видела. Поднялись крики. Со двора выбежала мать Мария Нагая, увидела случившееся и начала бить мамку поленом. Она объявила виновными Осипа Волохова (сын мамки), Даниила Битяговского (сына Михаила Битяговского) и Никиту Качалова. В Угличе зазвучал набатный колокол и собралась толпа. Михаил Битяговский начал успокаивать толпу, и после первых же слов об успокоении был осыпан камнями. Он хотел было спастись во дворце, но, настигнутый там, был убит вместе с Даниилом Третьяковым. Вскоре та же участь постигла и других обвиняемых.

Если верить материалам следствия, Михаил Нагой, главный зачинщик всех этих беспорядков, был в тот день пьян.

С. Блинков «Царевич Дмитрий». 2004-2005
С. Блинков «Царевич Дмитрий». 2004-2005

Следствие по «Угличскому делу»

После беспорядков в Угличе правительство прислало в город доверенных людей, которым было поручено провести расследование произошедшего и наказать виновных. В следственную комиссию вошли именитый боярин и князь Василий Иванович Шуйский (глава следователей), окольничий Андрей Петрович Клешнин (родственник Бориса Годунова, дядька Фёдора Иоанновича), дьяк Елизар Данилович Вылузкин и митрополит Крутицкий и Сарский Геласий. В ходе расследования были допрошены до 150 человек — Нагие, свидетели, некоторые представители духовенства, дворовые и посадские люди, которые растерзали предполагаемых убийц. Все материалы вошли в следственное дело, беловой экземпляр которого был составлен, очевидно, ещё в Угличе. На его основе пытаются воссоздать картину произошедшего современные историки.

Относительно произошедшего комментарии опрошенных в основном единодушны — у Дмитрия начался приступ эпилепсии — говоря языком того времени — «черной немочи», и во время судорог он случайно ударил себя «сваей» в горло. В свете современных представлений об эпилепсии это невозможно, поскольку в самом начале эпилептического припадка человек теряет сознание и удержать какие-либо предметы в руках не в состоянии. Вполне возможно, что из-за опасения, как бы царевич не поранился лежащей под ним на земле «сваей», её попытались вытащить из-под царевича и случайно при этом его смертельно ранили в шею или, возможно, из-за этой неловкой попытки царевич, в тот момент «бьющийся в судорогах», сам натолкнулся на «сваю».

По словам кормилицы Арины Тучковой:

« Она того не уберегла, как пришла на царевича болезнь черная, а у него в те поры был нож в руках, и он ножем покололся, и она царевича взяла к себе на руки, и у неё царевича на руках и не стало.»

Масса И. Убийство царевича Дмитрия в Угличе
Масса И. Убийство царевича Дмитрия в Угличе

Ту же версию с некоторыми вариациями повторяли и другие очевидцы событий, а также один из братьев царицы Григорий Фёдорович Нагой.

Большинство русских летописных сказаний о Смутном времени придают отправлению Битяговского в Углич другую цель — именно убийство царевича — и в числе убийц последнего называют и его, хотя свидетельствуют, что во время самого убийства, совершившегося 15 мая 1591 года, на дворцовом дворе Михаила Битяговского не было. Явился же он на дворцовый двор после неудачной попытки остановить набатный звон, который поднял пономарь, видевший с колокольни убийство. Некоторые сказания приписывают Михаилу Битяговскому и саму мысль о самоубийстве Дмитрия, которую он будто высказал, явившись успокаивать народ.

Следствие же постановило, что по окончании расправы Нагие начали фабриковать улики с тем, чтобы следственная комиссия признала смерть царевича убийством. Для этого они заставили приказчика (некого Ракова) положить около тела ножи и сабли, вымазанные куриной кровью, чтобы комиссии показать причастность виновных к убийству.

Достоверно из всего этого, по исследованиям Сергея Платонова, только то, что во время убийства царевича Михаила Битяговского на дворцовом дворе не было и что он убит угличанами.

О результатах расследования комиссия доложила царю. Оставалось развенчать версию Нагих о том, что царевич был зарезан Осипом Волоховым (сыном мамки царевича), Никитой Качаловым и Данилой Битяговским (сыном дьяка Михаила, присланного надзирать за опальной царской семьей) — то есть по прямому приказу из Москвы. Это дело рассматривал Освященный собор во главе с патриархом Иовом. В ходе заседания 2 июня митрополит Геласий огласил устное заявление Марии Нагой, которая признавала расправу над Битяговскими и другими свидетелями делом неправым и просила снисхождения для своих родственников. Собор обвинил Нагих и угличан в самоуправстве и попросил светскую власть назначить им наказание.

В итоге Мария Нагая была пострижена в монахини под именем Марфы, её братья были отправлены в ссылку, а самые активные бунтовщики-угличане были казнены или сосланы. Вместе с ними отправился в Сибирь и угличский набатный колокол.

Пересмотр результатов расследования по приказу Лжедмитрия

Марина Мнишек и Лжедмитрий I
Марина Мнишек и Лжедмитрий I

В 1605 году Лжедмитрий, провозгласивший себя «чудесно спасшимся» царевичем, пересмотрел угличское дело. Мария Нагая признала его своим сыном, другие участники расследования также поменяли показания. Воссоединение матери с «сыном» произошло в селе Тайнинском на глазах огромного количества народа: Дмитрий соскочил с коня и бросился к карете, а Марфа, откинув боковой занавес, приняла его в объятья, причём оба рыдали. Чудесное спасение царевича объяснялось вмешательством какого-то доброго доктора:

При царевиче был доктор, родом итальянец. Сведав о злом умысле, он… нашел мальчика, похожего на Дмитрия, и велел ему быть безотлучно при царевиче, даже спать на одной постели. Когда же мальчик засыпал, осторожный доктор переносил Дмитрия на другую постель. В результате был убит другой мальчик, а не Дмитрий, доктор же вывез Дмитрия из Углича и бежал с ним к Ледовитому океану.
— «Дневник Марины Мнишек»

В то время церковь объявила Дмитрия святым. Новому царю, Василию Шуйскому, руководившему заговором против Лжедмитрия, надо было во что бы то ни стало обличить его как самозванца и доказать, что истинный Дмитрий давно погиб в Угличе. Сразу после гибели Лжедмитрия бояре объявили народу, что «царевичь Дмитрий умре подлинно и погребен на Угличе». Грамота написана была с ведома и по приказу Шуйского, который не считал еще необходимым пересматривать версию о гибели Дмитрия, составленную его собственной комиссией. Не прошло, однако, и двух недель, как власти начали писать об «убийстве» царевича Годуновым.
Царь Василий Шуйский
Царь Василий Шуйский

Царь Василий Шуйский

Москву будоражили всевозможные слухи, неблагоприятные для нового царя Василия Шуйского. Повсюду толковали, будто над телом венчанного царя Дмитрия творились чудеса. Подле трупа появлялись из земли огни. Труп бросили в яму и засыпали землей, но вдруг он оказался на другом кладбище. Чтобы пресечь зловредные толки, Василий велел вырыть тело самозванца, сжечь его и развеять пепел по ветру. Но все это не помогло. Тогда царь Василий решил отделаться от «чудес» самозванца с помощью «чудес» истинного Дмитрия. По его приказу труп Дмитрия был вырыт из земли и перевезен в Москву для общего обозрения.

С начала июня 1606 г. церковь стала сеять повсюду слухи о чудесах, исходивших от тела «благоверного царевича». При всем желании угодить царю церковь не могла канонизировать Дмитрия-самоубийцу. По церковным законам самоубийство, даже нечаянное, считалось тяжким грехом. Шуйский-следователь выдвинул версию о самоубийстве Дмитрия. Шуйский-царь должен был с нею покончить). Духовенство потратило массу усилий на то, чтобы изобразить Дмитрия неповинно убиенным мучеником.

После канонизации «невинно убиенного» царевича всякие сомнения в факте убийства стали расцениваться церковными властями как хула, а разговоры о его самоубийстве официальная пропаганда стала рассматривать как еретические.

Современные версии

В 1819 году были преданы гласности обнаруженные в архиве материалы уголовного дела, представленного в июне 1591 года на рассмотрение Освященного собора. Они не содержат каких-либо следов подтасовок и подчисток; не хватает только нескольких начальных листов. Это дело вызвало интерес даже за пределами России; известный писатель Проспер Мериме перевёл его материалы на французский язык.

Н. М. Карамзин и Н. И. Костомаров, продолжая развивать традиционную точку зрения о смерти Дмитрия как об убийстве, оценивали следственное дело скептически. С точки зрения Костомарова, следователями умышленно отобраны показания тех, кто считал, что царевич погиб от собственной руки, и пропущены показания Нагих, которые подозревали убийство и инициировали расправу над Битяговскими:

«Вопрос о том, не зарезан ли Димитрий, не допускается; явно и умышленно обходят его, стараются закрыть благоразумным молчанием».

Показания сторонников несчастного случая совершенно единообразны, создавая впечатление, что «все они плелись по одной мерке; камертон дан — все запели унисоном!»

В 1829 году в защиту Годунова от «наветов» выступил М. П. Погодин, недоумевавший: зачем убийцам «вместо тихого яда действовать звонким ножом? <…> Сколько невероятностей! Сколько несообразностей!»

Многие современные историки (в частности, такие авторитетные исследователи Смуты, как С. Ф. Платонов и Р. Г. Скрынников) не видят оснований сомневаться в выводах следственной комиссии XVI века о том, что смерть царевича была несчастным случаем. Эта трактовка поднимает вопрос об ответственности и мотивах взрослых, которые, зная о регулярных припадках ребёнка, дозволяли ему «баловаться» с холодным оружием. Небольшая группа исследователей развивает аргументы сторонников Лжедмитрия о том, что убит был другой ребёнок.

Современный юрист И. Ф. Крылов приводит заключение профессора Р. А. Харитонова (крупный специалист по детской эпилепсии) о том, что во время припадка больной всегда выпускает находящиеся в его руках предметы. Соответственно, сам себе смертельную рану царевич нанести не мог. С точки зрения Крылова, более вероятно, что причиной его смерти стал неосторожный бросок ножика кем-то из участников игры (убийство по неосторожности).

Оцени статью - помоги проекту:
1 Звезда2 Звезды3 Звёзды4 Звезды5 Звёзд
( 1 голосов, среднее: 5,00 из 5 )
Loading...